«Акталган үмүт» — сборник стихов

Короткие штрихи

Раманкул Момункулов · 1940–2020

Название оригинала: БИР ШИЛТЕМДЕР

Рифмованное переложение с сохранением мысли и образов автора. Длина и порядок строк могут отличаться от оригинала.

Страницы 30–33

Когда теснятся мысли слой за слоем,
Из них рождается очередная строка.
Они на лист ложатся — я вам их предлагаю:
«Прочтите», — просит вас моя рука.

Есть много умных, глупых тоже много —
У Горького прочёл я эти слова.
Хорошее с дурным шагает рядом:
Не так проста у этих слов канва.

Деньги — тоже тяжкая болезнь:
Ни днём, ни ночью не видать нам сна.
Она неизлечимою бывает —
И жизнь однажды заберёт она.

Когда-то раз в неделю был базар,
В нём продавался всяческий товар.
Скот, сено — всё на продажу несли,
И деньги, как воды потоки, текли.

Работы нет — базар и днём, и ночью,
И за деньгами всё бежать, бежать.
Базар, базар… И нет уже ни дня,
Чтоб радоваться жизни, отдыхать.

Одни раздумья — смутный хоровод:
Осядут пылью — не созреет плод.
Другие, очищаясь, урожай дадут
И, словно масло, пользу принесут.

То есть, то нет — меняется судьба,
То широко живёшь, то бьёт нужда.
Дождём и снегом жизнь уходит в путь,
И времени ушедшего уже не повернуть.

Когда сердца друг другу близки,
А надеждам вместе по пути,
Тогда и счастье с мирным согласьем
Не смогут заблудиться и уйти.

Ты начал речь с улыбкой доброй,
А мне в глаза бросаешь ложь.
Я думал: чище всех ты, честный малый,
И ты двуличен оказался — что ж…

Повеет детством от былых страниц —
Талант не знает возрастных границ.

Я посвятил тебе всё сердце,
Не знал, что ты другого ждёшь, любя.
Мы были вместе — но однажды ты ушла,
Но не теряю я надежды на тебя.

Весной запахло, люди сняли шубы,
И я поглядываю из ворот:
Теплеет — значит, будет больше люду,
С надеждой жду, когда клиент придёт.

Дети мои — от крови,
Стихи — от сердца, их люблю.
И в тех и в других моя радость —
Я эту радость в сердце храню.

Старость ухватила за воротник,
Я стал похожим на отца опять.
Когда бы знал, что жизнь так коротка,
Не попросил ли б маму не рожать?

Прости за эту вольность, мама,
Тут ни отца, ни мамы нет вины.
Спасибо вам за то, что жизнь мне дали,
За все года, что были мне даны.

Любимой пищей водку звал всегда,
С ней душу тешил долгие года.
До шестидесяти с лишним лет я пил,
Ни разу «надоело» не говорил.

Дар губит, бродит пьяный — и бутылка в руках,
А сам у каждой встречной собаки — на зубах.